Вилково под оккупацией
Friday, 8 February 2013 22:24Оригинал взят у
landeshe в Вилково под оккупацией.
Пока Одесская республика закрепляла границы, Придунавье уже сдало свои позиции.
Не смогли старообрядцы-добровольцы отстоять родной город Вилково . И 17 февраля 1918 года над примарией взвился ненавистный флаг боярской Румынии.
(Матрос Железняк в Вилково http://landeshe.livejournal.com/331117.html)
Наступила мрачная и горестная пора-годы румынской оккупации.
(Читая дальше,вставляйте вместо румынский и Румыния,украинский и Украина, на сегодняшний день-не ошибетесь!)
Когда иностранный турист, проезжавший через Румынию,интересовался Бессарабией, ему любезно предлагали: "Поезжайте в Вилково! Черная икра, белуга, липоване с длинными бородами и лодки везде и всюду..." Одним словом, сплошная экзотика.
В справочниках Вилково называли "Румынской Венецией"
Не смогли старообрядцы-добровольцы отстоять родной город Вилково . И 17 февраля 1918 года над примарией взвился ненавистный флаг боярской Румынии.
(Матрос Железняк в Вилково http://landeshe.livejournal.com/331117.html)
Наступила мрачная и горестная пора-годы румынской оккупации.
(Читая дальше,вставляйте вместо румынский и Румыния,украинский и Украина, на сегодняшний день-не ошибетесь!)
Когда иностранный турист, проезжавший через Румынию,интересовался Бессарабией, ему любезно предлагали: "Поезжайте в Вилково! Черная икра, белуга, липоване с длинными бородами и лодки везде и всюду..." Одним словом, сплошная экзотика.
В справочниках Вилково называли "Румынской Венецией"
Бойкие журналисты, не жалея красок, писали об этой "Венеции" сочные репортажи. Улицы с мостиками и снующие по ерикам лодки показывали в кинохрониках. Ежедневно приезжали сюда туристы. Для них был построен отель и сооружена первая в городе электростанция. Вилково было местом для охоты,отдыха и развлечений аристократов.
Сюда как-то пожаловал сам румынский король ФердинандI с женой и дочерью. Высокородное семейство соизволило осмотреть лабазы, обработку рыбы, на этом и закончилась забота о рыбаках.
Весной население бедствовало от ежегодных разливов Дуная, который затоплял улицы, острова,подходы к порту.
Но оккупация была страшнее стихийных бедствий. Румынские власти наложили на каждого рыбака такое тяжелое бремя поборов и налогов, что выдержать мог не всякий. Большую часть улова забирало государство. Тяжелые условия жизни опять бросали рыбаков в нестерпимую кабалу к ростовщикам.
Под налог забиралась треть улова, а оставшейся рыбы не хватало, чтобы окупить дорогую снасть.
Старожилы рассказывали,как на приемном пункте, куда свозили улов, их уже дожидались приемщики и полицейские, местные чиновники и налоговики. Каждый брал себе рыбы сколько хотел, ведь она была объявлена собственностью короля. В семью рыбаку порой не было чего и принести.
Особенно тяжело было в межсезонье. Зато в городе насчитывалось более 30 кабаков. Хозяева которых с радостью зазывали к себе, давая разный товар под карандаш. И весной, во время селедочной путины, бывало, рыбак отдавал все заработанное за долги.
Старожилка одна постоянно при встрече рассказывает мне разные истории из жизни их семьи. "Мой тятька, - как-то поведала она, - был мелочной (снасти(сети) имел только на мелкую рыбешку). Один раз приедить понуренный, значица нема ничова, чи сетку на карчу посадил. Маменька молча береть ошурки от картошки, добавляеть макуху и пекеть блинчики у печки. А бываить, приходить радосный, кулек муки приносить, масла, нам, малым - леденцов. Значица, шось поймал, шось отдал и себе шось осталось..."
В городе имелось 2 начальные школы, в которых учились дети "богатых". Детей били указкой либо линейкой по вытянутым рукам за любое непослушание, даже за недостаточно беглую румынскую речь. Повсюду висели плакаты: "Разговаривайте только по-румынски"
Все русское и малорусское было запрещено: и книги, и песни, и танцы. Была одна платная больница, в которой обслуживали население - один врач и фельдшер. К 1930г., согласно переписи, в Вилково проживало 7414 человек. В этот же период здесь находилось 240 полицейских и жандармов. То есть, на каждые 30 человек приходилось по одному полицейскому или жандарму.
Часть рыбаков, помытарив в одиночку, объединилась в артель, которая занималась морским ловом. Избрали правление, каждый внес свой пай. Выловленную рыбу по очереди возили продавать в Галац, Бухарест. Так возникло содружество "Морун". По такому же типу организовались и некоторые крепкие рыбаки речники, создав артель "Дунарь".
Но положение улучшилось ненамного. Не было складов, не хватало снастей. И снова "на выручку" приходил купец.
И только в церкви рыбаки-старообрядцы находили успокоение. Там Бог давал им силу и поддерживал их!
Сюда как-то пожаловал сам румынский король ФердинандI с женой и дочерью. Высокородное семейство соизволило осмотреть лабазы, обработку рыбы, на этом и закончилась забота о рыбаках.
Весной население бедствовало от ежегодных разливов Дуная, который затоплял улицы, острова,подходы к порту.
Но оккупация была страшнее стихийных бедствий. Румынские власти наложили на каждого рыбака такое тяжелое бремя поборов и налогов, что выдержать мог не всякий. Большую часть улова забирало государство. Тяжелые условия жизни опять бросали рыбаков в нестерпимую кабалу к ростовщикам.
Под налог забиралась треть улова, а оставшейся рыбы не хватало, чтобы окупить дорогую снасть.
Старожилы рассказывали,как на приемном пункте, куда свозили улов, их уже дожидались приемщики и полицейские, местные чиновники и налоговики. Каждый брал себе рыбы сколько хотел, ведь она была объявлена собственностью короля. В семью рыбаку порой не было чего и принести.
Особенно тяжело было в межсезонье. Зато в городе насчитывалось более 30 кабаков. Хозяева которых с радостью зазывали к себе, давая разный товар под карандаш. И весной, во время селедочной путины, бывало, рыбак отдавал все заработанное за долги.
Старожилка одна постоянно при встрече рассказывает мне разные истории из жизни их семьи. "Мой тятька, - как-то поведала она, - был мелочной (снасти(сети) имел только на мелкую рыбешку). Один раз приедить понуренный, значица нема ничова, чи сетку на карчу посадил. Маменька молча береть ошурки от картошки, добавляеть макуху и пекеть блинчики у печки. А бываить, приходить радосный, кулек муки приносить, масла, нам, малым - леденцов. Значица, шось поймал, шось отдал и себе шось осталось..."
В городе имелось 2 начальные школы, в которых учились дети "богатых". Детей били указкой либо линейкой по вытянутым рукам за любое непослушание, даже за недостаточно беглую румынскую речь. Повсюду висели плакаты: "Разговаривайте только по-румынски"
Все русское и малорусское было запрещено: и книги, и песни, и танцы. Была одна платная больница, в которой обслуживали население - один врач и фельдшер. К 1930г., согласно переписи, в Вилково проживало 7414 человек. В этот же период здесь находилось 240 полицейских и жандармов. То есть, на каждые 30 человек приходилось по одному полицейскому или жандарму.
Часть рыбаков, помытарив в одиночку, объединилась в артель, которая занималась морским ловом. Избрали правление, каждый внес свой пай. Выловленную рыбу по очереди возили продавать в Галац, Бухарест. Так возникло содружество "Морун". По такому же типу организовались и некоторые крепкие рыбаки речники, создав артель "Дунарь".
Но положение улучшилось ненамного. Не было складов, не хватало снастей. И снова "на выручку" приходил купец.
И только в церкви рыбаки-старообрядцы находили успокоение. Там Бог давал им силу и поддерживал их!






